По оценкам специалистов и мировой прессы, коллекция Государственного музея искусств Республики Каракалпакстан им. И. В. Савицкого является лучшим художественным собранием Азиатского региона, обладает 2-ой по значимости и численности коллекцией произведений русского авангарда. Английская газета «Гардиан» назвала музей «одним из прекраснейших музеев мира» (Amelia Gentleman «Savitsky’s secret Hoard». The Guardian, January 1, 2001). О коллекции Нукусского музея говорят, что она «проливает свет на историю русского искусства» и «дает истинную картину художественной жизни 1920-1930 гг» (проф. Хансен-Леве, Ж.К. Маркаде).

Ведущие искусствоведы Запада – Ш. Даглас, Д. Болт, А. Флакер и др. – заявили, что основой для пересмотра истории русского и советского искусства, несомненно, должна стать коллекция музея Савицкого.

История создания и развития музея уникальна, так же как и его собрание. Государственный музей искусств Республики Каракалпакстан им. И. В. Савицкого – это сокровищница, дающая представление о культурном отрезке, начиная с III века до нашей эры и до современности. Здесь представлены предметы материальной и художественной культуры древнего Хорезма, народно-прикладное искусство каракалпаков – немногочисленной в прошлом полукочевой этнической группы, проживающей на северо-западе Узбекистана, и имеющей древнейшую историю, самобытную культуру. Отдел изобразительного искусства музея – это крупнейшее художественное открытие. В нем сосредоточена не только национальная художественная школа Каракалпакстана, здесь – средоточие творений основоположников живописной культуры Узбекистана – многонационального коллектива художников, работавших в Средней Азии в начале ХХ века.

За беспрецедентно короткий срок Нукусский музей превратился в многочисленное собрание, насчитывающее около 90 тысяч единиц хранения. Подобный факт не имеет аналога в практике мирового музейного собирательства. Обязаны мы таким феноменальным раскладом дел гениальному человеку – Игорю Витальевичу Савицкому, основателю Нукусского музея.

Игорь Савицкий родился 4 августа 1915 года в Киеве в семье юриста. Его дед – Тимофей Дмитриевич Флоринский – был членом- корреспондентом Российской Академии Наук, профессором Киевского университета, известным славистом, автором многих исследований, создавшим свою научную школу. В детстве Игорь получил хорошее образование, в семье была гувернантка из Франции. В усадьбе семейства было много предметов старины, на которых воспитывался художественный вкус детей. Родители ездили в Европу и делились последними новостями культурной жизни Франции, Австрии, Германии. Октябрьский переворот с последовавшим за ним процессом разграбления усадеб уничтожением русской культуры, а также личные трагедии, связанные с крушением семей, оставили тяжелый след в жизни Игоря Савицкого. Впоследствии он не смог оставаться безразличным к процессам утери ценностей национальных культур и волею судеб оказался спасателем сокровищ каракалпакской, а затем и узбекистанской, в целом, русской и советской культуры первой трети ХХ века.

В начале 1920-х годов семья Савицких переехала в Москву. Здесь юный Савицкий увлекается рисованием. Под давлением обстоятельств юный Игорь совмещает частные уроки у художников Р. Мазеля и Е. Сахновской с учебой в фабрично-заводском училище завода «Серп и молот», где получил специальность электроустановщика.

С 1934 года Савицкий учился сначала на графическом отделении Полиграфического института, затем в художественном училище им. 1905 года. С 1938 по 1944 годы он - студент института повышения квалификации художников в мастерской Льва Крамаренко, с которым совершает поездки на этюды в Крым, на Кавказ. Общность интересов и взглядов сблизила Савицкого с семьей Крамаренко. Впоследствии жена Л.Крамаренко, Ирина Жданко, внесет большой вклад в дело формирования нукусской коллекции: она не только рекомендовала Савицкому художников, чьи работы стоит приобрести, но и представляла его владельцам, когда он появлялся в их домах с целью приобретения их работ для музея. Сама И. Жданко передала ряд ценнейших экспонатов в дар музею. Одним из них является серия композиций Любови Поповой.

С 1941 по 1946 годы Савицкий - студент института им. Сурикова. Войны избежал чудом, из-за болезни. В 1942 году эвакуировался с институтом в Самарканд. Несмотря на голод, болезни, трудности военного времени, это был период, определивший дальнейшую судьбу молодого человека. В Самарканде Савицкий сближается со знаменитым Р. Фальком, берет уроки у Н. Ульянова. Само по себе открытие Средней Азии дало чрезвычайно много для понимания задач искусства.

В 1950 году Савицкий с удовольствием принимает предложение Татьяны Жданко известного этнографа (сестры И. Жданко) о поездке с Хорезмской археолого-этнографической экспедицией в Каракалпакию. С 1950 года по 1957 год он был постоянным художником упомянутой экспедиции. Руководил ею ученый с мировым именем – профессор Сергей Павлович Толстов. Хорезмская экспедиция была одним из величайших открытий века, позволившим восстановить историю одной из древнейших цивилизаций, - таким же, как и деяния предшественников Толстова, восстановивших историю цивилизаций Греции, Египта, Вавилонии, Мексики.

В годы работы в экспедиции, помимо прямых обязанностей художника, Савицкий участвует в поездках по аулам Каракалпакии с целью сбора образцов народно-прикладного искусства. Эти работы изучались и передавались в коллекции музеев Москвы и Санкт-Петербурга. Постепенно это занятие захватывает его настолько, что он начинает всерьез задумываться о судьбе неизвестного никому искусства малого народа, живущего среди пустынь, в низовьях Амударьи. Он решается на переезд в Нукус, бросив квартиру в центре Москвы, на Арбате. Поначалу он работает в Каракалпакском филиале АН Узбекистана, который возглавлял молодой местный ученый Марат Нурмухамедов. В его лице Савицкий обретает и друга, и опору во всех начинаниях. Эта поддержка в дальнейшем способствовала реализации многих замыслов Савицкого.

Савицкий и его помощники объездили и обошли весь север Каракалпакии и собрали коллекцию, являющуюся, по сути, генофондом каракалпакской культуры. В те годы немногие понимали ценность этих вещей. Ювелирные изделия, ковры, замечательные расшитые костюмы, убранство юрт, конская упряжь перестали бытовать и в силу политических причин, и в силу наступления цивилизации, принесшей на смену им машинную работу с искусственными красителями, европейский стиль одежды и прочие «блага». Молодое поколение, почти утерявшее свою культуру, не понимало, зачем этому странному человеку с горящими глазами нужно старое «тряпье». Его называли даже старьевщиком. Он выволакивал вещи из загонов для скота, из арыков, когда ковром затыкали его шлюз. Все это реставрировалось и пропагандировалось.

Одновременно Савицкий продолжает свои занятия живописью, пишет изумительные пейзажи земли, ставшей для него тем, чем была Полинезия для Гогена. Он воспитывает первых каракалпакских художников. Убеждает власти, что Каракалпакии нужен музей искусств, и в 1966 году назначается директором Нукусского музея искусств, открывшегося по его инициативе.

В эти же годы Савицкий участвует, а затем самостоятельно ведет, археологические раскопки памятников древнего Хорезма. Находки из этих раскопок, а также переданный материал из АН СССР составляет интереснейшую коллекцию музея. К сожалению, живопись Савицкий оставил, став директором музея. Он заявил, что нельзя совмещать эти два занятия одновременно. Свое понимание изобразительного искусства, безупречный вкус он реализует в отборе произведений для музея. Его целью было создать необычный музей, не повторять повсеместно распространенный принцип малых Третьяковок. Он также хотел показать молодым каракалпакским художникам, по какому пути шли их предшественники в Москве и в Ташкенте в 1920-1930 – е годы. Поначалу Савицкий собирал работы художников, связанных со Средней Азией (А. Исупов, Л. Крамаренко, Н. Ульянов, Р. Фальк, М. Волошин) и стоявших у истоков формирования среднеазиатской художественной школы (Р. Мазель), в частности, узбекистанской (А. Волков, М. Курзин, Н. Карахан, У. Тансыкбаев, В. Уфимцев и другие), а впоследствии расширил круг художников.

Будучи свидетелем происходящего в культурной политике со времен сталинизма, он не мог пройти мимо и игнорировать целый пласт погибающей русской культуры в то время (1960-е годы) практически никому не нужной в СССР. Игорь Савицкий начинает вывозить из Москвы и других городов Союза сотни, тысячи, десятки тысяч работ забытых, заклейменных в формализме художников-изгоев в далекий от политических центров Нукус. В результате кредита доверия от местных властей, Савицкий за 10-15 лет собрал коллекцию музея. Расплачивался он государственными деньгами, правда, в течение многих лет. Главной его заботой было найти деньги на оплату собранных картин и рисунков.

В первые же годы существования нукусское собрание получает известность, но все же это была неофициальная слава. В 1968-1969 годах его коллекция показана в Москве, в Музее Востока. Затем было парадное шествие по городам СССР: Таллин. Львов, Ленинград, Алма-Ата, Уфа, Казань, Ташкент и др. Авторитет Савицкого вырос настолько, что с ним считаются и в Москве. Министерство культуры СССР начинает оказывать ему поддержку, оплачивая его приобретения. Перед ним открываются двери архивов художественных ценностей. В 1975 году Савицкому было предложено отобрать для его музея часть коллекции произведений искусства, переданные в дар Министерству культуры СССР вдовой Фернана Леже Надеждой Леже.

В 1981 году клуб искусствоведов МОСХа устраивает вечер Нукусского музея в зале на Кузнецком мосту. Но путь Савицкого был нелегок. В его жизни было много трудностей, нападок на его дело. Все это не проходило бесследно. Савицкий страдал от человеческой подлости, особенно когда в роли таких радетелей выступали те, которые были многим обязаны ему. А он был уже не молод и болен. Работал на износ, спал по 4-5 часов в сутки, отпуска не брал, совершенно не следил за своим здоровьем.

Не раз попадал в больницы с тяжелейшими диагнозами. Даже болезни его были неординарны. Спасала его необычайная сила воли и духа, фанатичная страсть к своему детищу – музею и особое терпение медиков, понимающих всю значимость личности своего пациента. Руководитель Центра гипербарической оксигенации Сергей Наумович Ефуни в последние годы следил за здоровьем И. Савицкого и терпеливо сносил все нарушения режима со стороны своего пациента и создал тому особые условия во вверенном ему лечебном заведении, где провел последние месяцы жизни Игорь Савицкий. Палата была превращена в рабочий кабинет, здесь Савицкий занимался научными описаниями, писал статьи в журналы, письма в музей с указаниями, с очередными просьбами в различные учреждения и к руководству республики. Поразительно то, что свои болезни Савицкий использовал с пользой для дела. Изначально Савицкому ставили диагноз туберкулез, но он не подтвердился. Окончательный диагноз был более тяжелым. Но он продолжает свою деятельность. Лежа в больнице, ведет переговоры с владельцами по вопросу новых приобретений, решает музейные проблемы. Выйдя из больницы предпринимает очередные сборы произведений, вместо рекомендованного отдыха. Еще дважды попадает в больницу, а третий раз оказался последним. 27 июля 1984 года Савицкий умер в больнице в Москве. Московские друзья, художники, искусствоведы прощались с Савицким в Государственном Музее Искусств Народов Востока, говорили проникновенные слова в адрес Игоря Витальевича. Его тело было погребено на нукусском русском кладбище.

Настоящее официальное признание деятельности Савицкого, собранной им коллекции пришло с новыми переменами в стране, а популяризация музея началась с 1991 года, когда в Нукус открылась дорога журналистам и экспертам, работникам иностранных посольств и международных организаций. О феномене «музея в пустыне» заговорили во всем мире. Корреспонденты ведущих вещательных корпораций мира, журналисты известных изданий начинают «раскручивать» парадоксальные факты о музее. Имя музея попадает во многие престижные справочники мира.